emanagE-ManagementE-Management2658-34452686-8407State University of Management10.26425/2658-3445-2024-7-1-36-47emanag-427Research ArticleАКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИCURRENT ECONOMIC ISSUESАдаптационный потенциал экономического роста Российской Федерации в условиях сокращения прямых иностранных инвестицийAdaptive potential of Russian economic growth in the context of decline in foreign direct investmenthttps://orcid.org/0000-0002-2692-5656КрасныхС. С.KrasnykhS. S.

Красных Сергей Сергеевич - канд. экон. наук, науч. сотр. лаборатории моделирования пространственного развития территорий.

Екатеринбург

Sergey S. Krasnykh - Cand. Sci. (Econ.), Researcher at the Laboratory of Modeling of the Territories’ Spatial Development, Institute of Economics of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences.

Yekaterinburg

krasnykh.ss@uiec.ruИнститут экономики Уральского отделения Российской академии наукРоссияInstitute of Economics of the Ural Branch of the Russian Academy of SciencesRussian Federation202412042024713647Copyright © Красных С.С., 20242024Красных С.С.Krasnykh S.S.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://e-management.guu.ru/jour/article/view/427

Данное исследование посвящено анализу адаптационного потенциала экономического роста России в условиях сокращения прямых иностранных инвестиций (далее – ПИИ). В свете сегодняшней геополитической обстановки, отмечающейся усилением торгового напряжения и протекционистских мер, понимание влияния ПИИ на валовой внутренний продукт (далее – ВВП) России становится критически важным для разработки политик и экономического планирования. В рамках исследования применяется метод моделирования векторной авторегрессии (далее – VAR) для анализа динамики ВВП России и притока ПИИ с учетом различных экономических и геополитических факторов. При этом используется обширный набор данных, охватывающий период с 1996 г. по 2021 г., который включает соответствующие макроэкономические показатели и геополитические события. Модель VAR позволяет изучать краткосрочные и долгосрочные взаимосвязи между переменными, отражая динамическое взаимодействие и эффекты обратной связи. Кроме того, анализ импульсного отклика используется для оценки величины и устойчивости экономического роста в условиях экономической нестабильности. Результаты исследования способствуют пониманию адаптационного потенциала экономического роста России в контексте ограничений ПИИ со стороны западных стран. Анализ дает представление о значимости притока ПИИ для ВВП России с учетом влияния различных экономических и геополитических факторов.

This study analyses the adaptive potential of Russia’s economic growth in the context of decline in foreign direct investment (hereinafter referred to as FDI). In light of today’s geopolitical environment, marked by increased trade tension and protectionist measures, understanding the impact of FDI on Russia’s gross domestic product (hereinafter referred to as GDP) becomes critical for policy-making and economic planning. The study employs a vector autoregression modeling approach (hereinafter referred to as VAR) to analyse the dynamics of Russia’s GDP and FDI inflows with consideration to various economic and geopolitical factors. Besides, an extensive dataset is used covering the period from 1996 to 2021 which includes relevant macroeconomic indicators and geopolitical events. The VAR model allows to study short- and long-term correlations between variables reflecting dynamic interaction and feedback effects. In addition, impulse response analysis is used to estimate the magnitude and sustainability of economic growth under conditions of economic instability. The results of the study contribute to understanding the adaptative potential of Russia’s economic growth in the context of FDI restrictions from Western countries. The analysis provides insight into the significance of FDI inflows for the Russian GDP with consideration to the impact of various economic and geopolitical factors.

Российская ФедерацияПИИВВПвекторная авторегрессиятест на причинностьсанкционные ограниченияанализ импульсных откликовгеоэкономическая нестабильностьсоциально-экономические шокимеханизмы экономического развитияRussian FederationFDIGDPvector autoregressioncausality testsanctions restrictionsimpulse response analysisgeo-economic instabilitysocio-economic shockseconomic development mechanismsReferencesАсансеитова С.М., Ковалева Э.В., Свинухов В.Г. Оценка влияния экспорта и прямых иностранных инвестиций на ВВП на примере стран-членов ЕАЭС. Вестник НГИЭИ. 2018;9(88):60–70.Apostolov M. Effects of foreign direct investments. Evidence from Southeast Europe. Cuadernos de Economía. 2016;110(39):99–111. http://dx.doi.org/10.1016/j.cesjef.2015.10.003Гельруд Я.Д., Угрюмов Е.А., Рыбак В.Л. Векторная модель авторегрессии показателей производственной деятельности строительного предприятия. Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия «Вычислительная математика и информатика». 2018;3(7):19–30.Assanseitova S.M., Kovaleva E.V., Svinukhov V.G. Assessment of the impact of exports and foreign direct investment on GDP based on the example of the EAEU member countries. Bulletin NGIEI. 2018;9(88):60–70. (In Russian).Давлетшин Э.А., Котенкова С.Н. Оценка взаимосвязи прямых иностранных инвестиций и темпов экономического роста. Фундаментальные исследования. 2014;9–8:1786–1789.Bunnag T. Analyzing short-run and long-run causality relationship among CO2 emission, energy consumption, GDP, the square of GDP, and foreign direct investment in environmental Kuznets curve (EKC) for Thailand. International Journal of Energy Economics and Policy. 2023;2(13):341–348. https://dx.doi.org/10.32479/ijeep.14088Загородникова П.А. Моделирование и прогноз влияния прямых иностранных инвестиций на рост ВВП в КНР в период с 2003–2020 гг. В кн.: Молодежь, наука, образование: актуальные вопросы, достижения и инновации: сборник статей IV Международной научно-практической конференции: в двух частях. Часть 1, Пенза, 30 декабря 2021 г. Пенза: Наука и Просвещение; 2021. С. 123–126.Davletshin E.A., Kotenkova S.N. Correlation between foreign direct investments and economic growth. Fundamental research. 2014;9–8:1786–1789. (In Russian).Иванченко И.С., Наливайский В.Ю. Привлечение прямых иностранных инвестиций в Россию. Финансовая аналитика: проблемы и решения. 2014;38(224):2–12.Gaikwad P.S. The impact of foreign direct investment (FDI) on gross domestic production (GDP) in Indian economy. Information Management and Business Review. 2013;8(5):411–416. https://doi.org/10.22610/imbr.v5i8.1069Инь Ц. Управление инвестициями международного бизнеса. StudNet. 2021;4.Gelrud Ya.D., Ugryumov E.A., Rybak V.L. Vector model of autoregression of production activity indicators of a construction enterprise. Bulletin of the South Ural State University. Series “Computational Mathematics and Software Engineering”. 2018;3(7):19–30. (In Russian).Кириллов И.С. Прямые иностранные инвестиции и их роль в экономике России на современном этапе. Проблемы экономики и юридической практики. 2011;1:232–234.Ghahroudi M.R., Chong L.Ch. The macroeconomic determinants and the impact of sanctions on FDI in Iran. Economics and Business. 2020;1(34):15–34. http://dx.doi.org/10.2478/eb-2020-0002Никоноров В.М., Макар А.И., Мороз Н.А. Рост ВВП России и прямые иностранные инвестиции. Проблемы экономики и менеджмента. 2017;3(67):33–42.Ivanchenko I.S., Nalivaiskii V.Yu. Attracting foreign direct investment to Russia. Financial analytics: science and experience. 2014;38(224):2–12. (In Russian).Носова О.В. Влияние притока прямых иностранных инвестиций на экономический рост. Экономика и финансы (Узбекистан). 2016;3:14–25.Kirillov I.S. Direct foreign investments and their role in the Russian economy at the present stage. Economic Problems and Legal Practice. 2011;1:232–234. (In Russian).Павлова Ю.Ю. Оценка влияния прямых иностранных инвестиций на экономику Российской Федерации. Экономика и бизнес: теория и практика. 2019;11–2(57):143–152. http://doi.org/10.24411/2411-0450-2019-11372Kharkova K.S., Levichev A.N. Influence of economic sanctions on the basic macroeconomic indices of Russia. International Journal of Humanities and Natural Sciences. 2019;12–3(39):174–179. (In Russian). http://doi.org/10.24411/2500-1000-2019-11959Харькова К.С., Левичев А.Н. Влияние экономических санкций на основные макроэкономические показатели России. Международный журнал гуманитарных и естественных наук. 2019;12–3(39):174–179. http://doi.org/10.24411/2500-1000-2019-11959Mitra S. Effect of foreign direct investment on GDP, export and domestic investment: Bangladesh perspective. Journal of Innovation & Development Strategy (JIDS). 2015;2(9).Apostolov M. Effects of foreign direct investments. Evidence from Southeast Europe. Cuadernos de Economía. 2016;110(39):99–111. http://dx.doi.org/10.1016/j.cesjef.2015.10.003Nabi M.H. Impact of GDP and exchange rate on foreign direct investment in Malaysia. Australian Journal of Basic and Applied Sciences. 2014;8(1):473–478.Bunnag T. Analyzing short-run and long-run causality relationship among CO2 emission, energy consumption, GDP, the square of GDP, and foreign direct investment in environmental Kuznets curve (EKC) for Thailand. International Journal of Energy Economics and Policy. 2023;2(13):341–348. https://dx.doi.org/10.32479/ijeep.14088Nikonorov V.M., Makar A.I., Moroz N.A. GDP growth of Russia and direct foreign investment. Problems of economics and management. 2017;3(67):33–42. (In Russian).Gaikwad P.S. The impact of foreign direct investment (FDI) on gross domestic production (GDP) in Indian economy. Information Management and Business Review. 2013;8(5):411–416. https://doi.org/10.22610/imbr.v5i8.1069Nosova O.V. Influence of direct foreign investment inflows to the economic growth. Economy and Finance (Uzbekistan). 2016;3:14–25. (In Russian).Ghahroudi M.R., Chong L.Ch. The macroeconomic determinants and the impact of sanctions on FDI in Iran. Economics and Business. 2020;1(34):15–34. http://dx.doi.org/10.2478/eb-2020-0002Numbu L.P., Belyaeva Zh.S. The relationship between foreign direct investment and GDP in Cameroon (2000–2020). R-Economy. 2021;3(7):200–209. https://doi.org/10.15826/recon.2021.7.3.018Mitra S. Effect of foreign direct investment on GDP, export and domestic investment: Bangladesh perspective. Journal of Innovation & Development Strategy (JIDS). 2015;2(9).Pavlova Y.Y. Assessment of the impact of foreign direct investment on the economy of the Russian Federation. Journal of Economy and Business. 2019;11–2(57):143–152. (In Russian). http://doi.org/10.24411/2411-0450-2019-11372Nabi M.H. Impact of GDP and exchange rate on foreign direct investment in Malaysia. Australian Journal of Basic and Applied Sciences. 2014;8(1):473–478.Wehncke F.C., Marozva G., Makoni P.L. Economic growth, foreign direct investments and official development assistance nexus: panel ARDL approach. Economies. 2023;1(11). http://dx.doi.org/10.3390/economies11010004Numbu L.P., Belyaeva Zh.S. The relationship between foreign direct investment and GDP in Cameroon (2000–2020). R-Economy. 2021;3(7):200–209. https://doi.org/10.15826/recon.2021.7.3.018Yin C. Management of investments of international business. StudNet. 2021;4. (In Russian).Wehncke F.C., Marozva G., Makoni P.L. Economic growth, foreign direct investments and official development assistance nexus: panel ARDL approach. Economies. 2023;1(11). http://dx.doi.org/10.3390/economies11010004Zagorodnikova P.A. Modeling and forecasting the influence of foreign direct investment on GDP growth in the PRC in the period from 2003–2020. In: Youth, science, education: current issues, achievements and innovations: Proceedings of the IV International Scientific and Practical Conference: in two parts. Part 2, Penza, December 30, 2021. Penza: Nauka i Prosveshhenie; 2021. Pp. 123–126. (In Russian).

The authors declare that there are no conflicts of interest present.